Масштаб изъятия частной собственности в России измеряется триллионами рублей. Государство принимает решение о передаче активов в свою собственность, но реализовать их через открытые аукционы удаётся далеко не всегда.
Масштабы национализации
По расчётам юридической компании, с 2022 года объём изъятых активов составляет порядка 6,5 триллиона рублей. Если в 2024 году оценивали изъятия примерно в 690 миллиардов рублей, то в 2025‑м сумма резко выросла и превысила 3 триллиона рублей.
По данным прокуратуры, в 2025 году по её искам в собственность государства перешло имущество стоимостью более четырёх триллионов рублей, включая стратегические предприятия с общей капитализацией около двух триллионов. По оценкам профильных ведомств, в доход государства поступило порядка 800 компаний.
Пять юридических моделей изъятия
Дела о национализации обычно разворачиваются быстро — от подачи иска до фактического перехода активов в государственную собственность порой проходит всего несколько месяцев. Юристы выделяют пять основных правовых оснований, на которые опираются органы:
- изъятие в счёт задолженности перед государством (в том числе фискальной или за причинённый экологический ущерб);
- оспаривание результатов приватизации и претензии к законности приватизационных сделок;
- обвинения в нарушении антикоррупционного законодательства с изъятием как незаконно нажитого имущества;
- наличие у владельца иностранного гражданства или вида на жительство, что используется как основание для передачи стратегических объектов государству;
- обвинения в финансировании или причастности к запрещённым организациям или экстремистской деятельности.
Куда деваются изъятые активы
Часть активов остаётся в собственности государства или передаётся под управление госкомпаниям и банкам, часть — переходит к близким к власти бизнес‑структурам без проведения конкурентных торгов. Официальная линия — повторная приватизация: власти заявляют о намерении не удерживать бизнес в госсобственности, а продавать его на торгах.
На практике доходы от продажи национализированных активов остаются незначительными в сравнении с объёмом изъятого: в 2025 году поступления в бюджет от таких продаж оценивались примерно в 84,2 миллиарда рублей, в 2026‑м планировалось выручить не менее 100 миллиардов.
Почему активы не находят покупателей
У слабого спроса есть несколько причин. Во‑первых, общий объём сделок на рынке слияний и поглощений сократился до минимумов, а доступность кредитов и рентабельность бизнеса упали. Во‑вторых, сделки с национализированными активами несут репутационные, юридические и политические риски, которые отпугивают рациональных покупателей.
Даже крупные актыры хозяйственной сферы демонстрируют слабый спрос: несколько попыток продать долю в большом золотодобывающем предприятии завершились ничем, и при подготовке очередного аукциона рассматривают формат с понижением цены — вплоть до снижения на 50% от первоначальной ставки. Другие примеры — многократные неудачные торги по лизинговым и девелоперским активам или отсутствие покупателей на сельскохозяйственные предприятия средней стоимости.
Передача активов «правильным» владельцам
Часто активы передают в управление или продают не через открытые торги, а по внутренним схемам, что обеспечивает переход контроля к компаниям и структурам, воспринимаемым как «надёжные» или «правильные». Это может происходить путём передачи под управление госкомпаний, продажи банкам с госучастием или перепродажей подконтрольным частным компаниям.
Экономический мотив — пополнение бюджета — присутствует, но специалисты всё чаще называют ключевой мотивацией перераспределение активов в пользу определённых владельцев и структур, что делает процесс непрозрачным и рискованным для внешних инвесторов.
