Минюст сообщил, что в 2025 году лишь 4% лиц и организаций, включённых в реестр «иностранных агентов», имели иностранное финансирование.
Остальные 96% получили этот статус якобы из‑за «иных форм влияния». По подсчётам правозащитных аналитиков, это касается 206 из 215 признанных «иноагентами» в 2025 году.
Заместитель министра юстиции Олег Свириденко на заседании комиссии Совета Федерации отметил: доля признанных из‑за зарубежного финансирования снижается, тогда как темпы пополнения реестра, наоборот, растут — в 2025 году Минюст включил в него на треть больше, чем в 2024‑м.
В 2022 году министерству было дано право признавать людьми и организациями «иноагентами» тех, кто находится под «иностранным влиянием», а не только получавших средства из‑за рубежа.
«Если бы единственным признаком осталось зарубежное финансирование, в реестре было бы всего 4% — а все остальные оказались бы вне этого критерия; деньги там и не нужны — используются другие формы», — подчеркнул заместитель министра.
На практике такая широкая формулировка даёт возможность присваивать статус «иноагента» очень разным людям и организациям, без доказательств получения зарубежных средств.
- Статус «иноагента» существенно ограничивает права и часто применяется для дискриминации и политического преследования. По этому основанию регулярно возбуждаются уголовные дела (ст. 330.1 УК) и административные — за нарушение обязанностей «иноагента» (ст. 19.34 КоАП).