Власти признают экстремистскими и запрещают ЛГБТ‑инициативы в разных регионах России
В ряде российских регионов судебные органы в последнее время признают экстремистскими и запрещают организации и инициативы, работающие с ЛГБТ‑сообществом. Решения касаются как активистов, оказывавших помощь и защиту прав, так и медиапроектов и сообществ поддержки.
Кто и где оказался под запретом
- Ярославль — суд запретил движение «Каллисто», указав, что его деятельность якобы направлена на подрыв традиционных духовно‑нравственных ценностей; правозащитники связывают это с критикой инициатив по ограничению трансгендерного сопровождения и с антисегрегационной работой организации.
- Санкт‑Петербург — суд признал экстремистской «Российскую ЛГБТ‑сеть», чьи участники ранее занимались защитой людей, преследуемых за гомосексуальность, и готовили доклады о нарушениях прав человека.
- Орёл — суд запретил медиапроект, посвящённый теме ЛГБТК.
- Москва — столичный комьюнити‑центр для ЛГБТ+ признан экстремистским; центр оказывал психологическую и юридическую помощь.
- Самара — суд запретил организацию «Ирида», оказывавшую помощь ЛГБТ‑людям; её руководитель ранее был осуждён по уголовным эпизодам.
- Свердловская область — признан экстремистским ресурсный центр, работавший в Уральском регионе.
- Новосибирск — сообщество поддержки трансгендерных людей T9 NSK фактически прекратило работу: сайт недоступен, страницы в соцсетях удалены; ожидается рассмотрение дела в суде.
Кроме уже вынесенных запретов, в судах рассматриваются иски против других инициатив: в число таких дел входит претензия к инициативной группе, помогающей транслюдям. Ряд сообществ приостанавливал работу ещё до судебных решений из‑за блокировок и удаления страниц в сети.
Ранее, в конце 2023 года, Верховный суд вынес решение о запрете и признании экстремистским некоего международного движения, упомянутого в материалах дела.
Последствия и реакция
Эксперты и правозащитники отмечают, что подобные решения ограничивают возможности для оказания психологической, юридической и социальной помощи уязвимым группам и создают прецеденты для дальнейших запретов активистских и гражданских инициатив. Одновременно часть сообществ прекращает открытую деятельность из‑за риска преследований и закрытия онлайн‑ресурсов.
